Сибмама - о семье, беременности и детях

[Natali Fox]

Airy, читала с замиранием сердца. Не разрыдалась только потому ,что была на работе.... Жду продолжения!

[Katerin-84]

Airy
тьфу-тьфу-тьфу, чтобы у вас все было хорошо!
Я 3 раза лежала на сохранении и не помню имени ни одного врача Восхищаюсь твоей памятью и умение ясно, грамотно изложить свою историю

[incognito)]

История читается, как хорошо написанная книга. Только жизнь куда круче поворачивает, чем любая придуманная книга. и от сознания того, что это реальная жизнь, оторваться от чтения невозможно.
Я первую часть читала уже практически ночью. Все спят, а я одна сижу у компа и рыдаю. Я бы так не смогла, нужно много силы воли, что все это выдержать.
И каждый раз, после очередной прочитанной части брела к детской кроватки, смотрела на сопящее чадо (или все-таки чудо?) как-то по-другому, по-новому, и опять рыдала.
Какие же все-таки женщины сильные, правильно, что мужики не рожают - давно бы все вымерли.

[karat_moon]

Airy
второй день читаю Ваш дневник со слезами на глазах....какой же Вы сильный и чуткий человек!!!!!!! у меня вся надежда только на счастливый финал, по-другому и быть не может!!! думаю, что очень многим Ваш рассказа поможет, и в первую очередь, психологически....Ваш оптимизм и вера в то, что все получится, предается читателю! Дай Бог, чтобы все у Вас получилось!!!!!!!
и с нетерпением жду продолжения!

[nysik]

Я все больше и больше в шоке от пережитого тобой...жду продолжения, каждое утро бегу читать в первую очередь...и что мы будем делать, когда дойдем до финала?
умничка ты наша

[Airy]

Natali Fox


Katerin-84
Да я не всех помню, на самом деле.
А имена девочек не говорю специально. Вдруг бы им это не понравилось.

[L_a_r_i_s_i_k]

Airy
Каждый свой отпускной день начинаю с того, что проверяю не появилось ли продолжение.
Сейчас прийдут к нам монтажники потолок делать, а я зареванная вся - подумают ну странная какая то!
ОООчень надеюсь, что финал твоей истории будет счастливый

_________________

[Nastenechka]

Airy
вчера совершенно случайно набрела на вашу темку, читала до 3 часов ночи, на одном дыхании, не могла оторваться. Местами смеялась, местами слез сдержать не могла. Какая же вы сильная. Как же я надеюсь на счастливый конец и увидеть в конце несколько чудесных фотографий. Жду с нетерпением продолжения и держу кулачки

_________________

[Карта № 002808]

Airy
вчера совершенно случайно набрела на вашу темку, читала до 3 часов ночи, на одном дыхании, не могла оторваться. Местами смеялась, местами слез сдержать не могла. Какая же вы сильная. Как же я надеюсь на счастливый конец и увидеть в конце несколько чудесных фотографий. Жду с нетерпением продолжения и держу кулачки

_________________

[y-agodka]

Airy зашла в этот раздел случайно, просто из любопытства

Читаю вашу историю и не могу оторваться. Очень надеюсь на счастливый финал

_________________

[Scream]

Airy

с нетерпением жду продолжения!

[Карта № 022072]

Airy

с нетерпением жду продолжения!

[Рысенок]

Airy очень переживаю!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@

_________________

[Нафанчик]

я тебя люблю... сильно-сильно

[Skykin]

Какая вы сильная!
Надеюсь финал будет счастливым! @@@@@@@@@@@@

_________________
СынЛешик 19 лет 5 месяцев 2 дня
Степаник 16 лет 5 месяцев 4 дня
ДочаЛиззи 12 лет 4 месяца 15 дней

[Карта № 110307]

Какая вы сильная!
Надеюсь финал будет счастливым! @@@@@@@@@@@@

_________________
СынЛешик 19 лет 5 месяцев 2 дня
Степаник 16 лет 5 месяцев 4 дня
ДочаЛиззи 12 лет 4 месяца 15 дней

[Airy]

L_a_r_i_s_i_k
Nastenechka
y-agodka
Scream
Рысенок
Нафанчик
Skykin


Добавлено спустя 9 минут 40 секунд:

Хотя пока ещё не совсем лежачий.

В больнице я сразу успокоилась. Меня обкололи со всех сторон кровоостанавливающими и сказали лежать, разрешив вставать только в туалет. И тут же, противореча сами себе, сказали послезавтра сделать УЗИ. А поскольку местный врач УЗИ была на больничном, то мне в понедельник, самой, нужно будет сходить в саму поликлинику на Киевской.
Муж десять раз переспросил – "точно ли я поняла врачей, ничего не перепутала?" Накрутил меня этой неуверенностью по самое немогу. Совсем запутавшись, я решилась переспросить, и пошла в ординаторскую. Там были моя врач, а также Людмила Валентиновна – и.о. зав.отделения, и Илизарова – тоже не футы-нуты.
Мой смущённый и перепуганный вид почему-то развеселил их. Они обступили меня со всех сторон, и стали уговаривать, как маленькую девочку, что всё будет хорошо, и чтобы я не боялась, и чтобы просто осторожно шла. Как ни странно, после этой поддержки мне стало легче.
Но всё-таки мы с мужем решили подстраховаться и вызвали такси, хотя там пешком было пять минут.

Доехали. По счастью, там принимала Ландовская.
На УЗИ – новое потрясение. Плацента стала ещё старее и не поднялась ни на миллиметр. Отслойки видно не было. Но шейка сильно укороченная – лишь немного длиннее 2 см (в норме должно быть минимум 3-4 сантимета), и внутренний зев приоткрыт на целый сантиметр. И туда начал проваливаться плодный пузырь. Диагноз – ИЦН. Истмико-цервикальная недостаточность.
С малышом всё было в порядке. Около 20 сантиметров, 230 грамм. Мне его даже показали. Мой чудик сидел на попе и, сложив у груди ручки, мирно отдыхал. Его будто не касались все наши проблемы. Это почему-то вселило уверенность. Показывать свой пол он категорически отказался. Я всё время звала его то лялькиным, то лялечкой. А обращалась практически всегда только в мужском роде. Наверное, потому что он ведь был "малыш". Мой малыш…
Ландовская не обольстила меня надеждами, но строго приказала мне взять себя в руки и двигаться только вперёд. Хотя я не жаловалась, не плакала, и ничего не спрашивала у неё. Видимо, опять выдавали глаза.
Во время УЗИ она позвонила моему врачу в стационар, всё объяснила, рассказала.
Мы вызвали такси, я осторожно спустилась на первый этаж, легла на лавочку, положив голову мужу на колени, и судорожно принялась всё обдумывать. Было понятно, что с этого момента всё пойдёт по-другому.

В стационаре я сразу улеглась, и, строго следуя наказам врачей и собственному решению, несколько дней пролежала, вставая только в туалет. Капельниц уже не было. Уколы мне медсёстры приходили ставить в палату. Еду приносили девочки. Только ещё вечером я вставала до раковины – почистить зубы и сполоснуть посуду. Мужу разрешили подниматься ко мне. Крови после субботы так больше и не было. В ночь после УЗИ мне поставили феназепам. Я не стала сопротивляться, я думала, это что-то… не помню, что я думала, наверное, я совсем не думала, и позволила всадить себе этот чудотворный укол. Он подарил мне незабываемые впечатления! Такого полунаркотического состояния у меня даже после наркозов не было! На следующий день я сделала выговор врачам за такое издевательство, но они только похихикали. Правда, обещали, что больше ТАК меня "успокаивать" не будут.
Всё потихоньку начало устаканиваться. Я вспоминала одну девочку с форума, которая совсем недавно пролежала на Киевской с двойняшками, не вставая, около полутора месяцев, вплоть до переезда в роддом, и ещё в роддоме почти столько же. Всё переставало казаться таким уж страшным.

Было только грустно, что половину нашей весёлой палаты выписывали на этой неделе. Уходило трое человек. Я радовалась за девочек, но ждала – кого-то сюда подселят?

Прошло несколько дней после УЗИ.
Четверг было очень странным днём.
Наша палата снова была полной. Двое девочек были не таким весёлыми, как наш предыдущий состав, но очень даже хорошими. А одна девочка была очень странной. Сначала она мне показалась просто пьяной. Она так странно разговаривала. Так вышло, что оказалась знакомой одной из тех, кто лежал в палате. И эта знакомая рассказала, что эта девочка года два назад попадала в аварию. Её сбил автомобиль. Сильно. Она много месяцев провела в больнице. И после этого она стала такой странной. Вроде бы нормальной… но ненормальной. Естественно, её все избегали. Было непонятно, что от неё ожидать. Абсолютно ушло ощущение уюта из палаты. Но было просто безумно её жалко! Она дурковала, она бегала курить, она убегала домой, громко и дребезжаще говорила, и приставала ко всем, долго и подробно рассказывая о себе. Но было всё равно очень её жалко! Она не могла толком даже сказать, какой у неё срок, а на вопрос, почему она тут лежит, говорила, что у неё ребёнок меньше, чем должен быть. Половину четверга она провела возле моей кровати, болтая без умолку. Меня она не пугала, я не просила её уйти. Только хотелось спать, но не прогонять же её? Всё было нормально. До тех пор пока она вдруг не наклонилась и не положила руку на мой живот. Она была такая холодная, её рука… Я не успела её остановить. Мне это было очень неприятно. После этого я извинилась и сказала, что хочу спать.
В тот же день я узнала, что умерла Наташа. Та самая умница и красавица Наташа, медсестра, которая была на моём первом протоколе. Которая совсем недавно родила двойняшек. Я знала, что у неё было тяжелое состояние после родов, но была уверена, что она выкарабкается.
Мне не хотелось верить в то, что произошло. Мне очень-очень-очень не хотелось верить. И очень хотелось плакать. Просто безумно. Но было нельзя. Я запретила себе. Каждая слезинка могла увести в рыдания и истерику. А эта рефлексия не была нужна никому. Ни мне, ни, тем более, моему ребёнку.

Нужно было отключить эмоции. Совсем. Найти кнопочку и нажать её.
И, кажется, я сделала это.

А посреди ночи проснулась и поняла, что лежу в какой-то луже. В чём-то липком, густом и мокром. И не было ни упавшего сердца, ни цемента внутри. Только тупое спокойствие. И ясная голова.
Сначала я убедилась, что это кровь. Потом вспомнила всё, что только читала в интернете и честно себе призналась, что после такого не сохраняют. Потихоньку встала и пошла к медсёстрам. Меня увели в смотровую, и вызвали дежурного врача. Всё это как-то молча. Врач (совершенно забыла, кто тогда дежурил) меня посмотрела. Дала назначения медсёстрам.
Я выбросила почерневшие от крови, сверху донизу мокрые трусы в мусорку и пошла в палату. Немного перестелила простыню и сверху ещё положила своё большое полотенце. Медсёстра снова обколола меня кровоостанавливающими и убедительно попросила уснуть.
Самое удивительное, что я тут же последовала совету. Лялечка привычно пошевелился и, сказав спасибо неизвестно кому, я ухватилась за подаренную отсрочку и провалилась в сон с надеждой на чудо.

Уром в пятницу пришла Людмила Валентиновна и устроила всем разгон за то, что её не вызвали ночью. Я лежала в неведении о происходящем и терпеливо ждала обхода. Тонкое одеяло, которое лежало у меня под простынёй вместо матраса, было насквозь красное. На постельное бельё было страшно смотреть. Муж обещал привезти новое.
А обхода всё не было и не было. Уже часов в 11 в палату, вместо моего врача, зашла Людмила Валентиновна и попросила меня пройти в смотровую.
Там я встретила девочку, с которой лежала здесь вместе в декабре, которой было 39 лет. Она отдыхала в бесплатном беремчатом санатории, где-то под Бердском. Накануне ей позвонила Мартынова и сказала, что у неё очень плохие скрининговые анализы. Очень плохие. Девочке было приказано вернуться в город и пройти амниоцентез. Пожалуй, с такими анализами, я бы тоже не стала писать отказную. Забегая вперёд, скажу, что всё в итоге оказалось хорошо, ребёнок был без патологий.
Она выходила из смотровой, я – заходила. Весь этот разговор – что да как – буквально за несколько секунд. Обе перепуганные. Она – уже смирившаяся с неизбежностью аниоцентеза. Я – с полной неизвестностью впереди.

Вместе с Людмилой Валентиновной в смотровую зашла Илизарова с какими-то бумагами в руках.
Меня посмотрели, убедились, что шейка закрыта и крови больше нет, и усадили на стульчик напротив себя. И начали вдвоём убеждать меня, что, грубо говоря, теперь мне здесь не место. А честно говоря, что если они меня здесь оставят, то при отсутствующей реанимации меня запросто могут тут угробить. То есть, если что, то просто не успеют спасти. Меня.
Первое, что я осознала, никто прямо сейчас не собирается лишать меня моего ребёнка.
Второе – что нас куда-то хотят отправить. Быстро всё обмозговав, я радостно стала напрашиваться во вторую гинекологию. Но Илизарова сказала, что меня отправят в 11-ую больницу. Что они уже договорились. И что они не принимают никаких возражений. И что вот моя выписка отсюда. И что сюда через полчаса за мной приедет скорая.

Если про 2-ую гинекологию я никогда не слышала до гиперстимуляции, то про 11-ую больницу была наслышана выше крыши. И в интернете, и в больницах. По сравнению с ней Киевская казалась пансионатом для отдыхающих.
В душе колотилось стойкое мнение, что в 11-ой умеют делать только чистки.
Но права голоса мне никто не дал.
Альтернативы просто не было.

Подъехал муж, привёз всё, что я просила, упросил скорую разрешить ему поехать вместе со мной, и мы отправились в очередное путешествие в неизвестность.

Скорая была немногим лучше, чем та, в которой я уже "каталась". Я снова держалась одной рукой за "лавочку", а второй поддерживала живот.
…Только бы не растрястись… Только бы не растрястись…

Совсем не помню, как мы приехали в 11-ую. Помню только с момента, когда я в приёмном покое рассказывала все свои приключения, начиная с бесплодия и ЭКО, и заканчивая последним кровотечением. Мои приключения записывала очень симпатичная врач, Яна Григорьевна. Она живо всем интересовалась, очень ободряюще кивала головой и уверяла, что у них каких только случаев не было, так что попробуем справиться и со мной, тем более у меня такая "золотая беременность". Подробно записав всё в мою новую карточку, она отправила меня на этаж гинекологии. Смутно помню лифт… мрачный-премрачный коридор… девочки и женщины, лежащие на стульях прямо в коридоре.

Мужа снова оставили в коридоре со всеми моими сумками, а меня завели в большой кабинет. Там было два кресла. Возможно, это была не просто смотровая, но и малая операционная. Там было очень светло и довольно чисто.
Я ошибочно решила, что Яна Григорьевна будет моим врачом, и что сейчас меня посмотрят, потом определят в палату, и я буду там лежать-сохраняться, пока не настанет время переводиться в роддом.
Но вместо неё пришли две женщины очень серьёзного вида. Они почти ничего не говорили и только часто переглядывались. Почитали карточку. Посмотрели меня, убедились, что шейка закрыта. Посмотрели друг на друга. Было явно видно, что возиться им со мной абсолютно некогда. Что и так забот полон рот, а тут ещё подарочек такой привезли. В итоге мне сказали раздеться догола, снять с себя все украшения, отдать всё это мужу и укладываться на каталку.
И пока я не свихнулась от осознания того, что ТАК обычно готовят к операции, поспешили "успокоить" – меня везут не в операционную. Меня везут в реанимацию до стабилизации состояния.

Это означало, что неопределённое количество времени я пробуду абсолютно голой, без телефона и без возможности связаться с мужем. Всё, что мне разрешили с собой взять, это были мои таблетки.
Ничего. Надо – так надо.
Спасибо врачам, что дали нам с мужем пять минут на попрощаться. Мы держались за руки и смотрели, смотрели друг на друга. Говорить ничего и не хотелось, и не моглось. Было понятно, что мы будем идти до последнего.

Когда меня везли на каталке, я спросила, есть ли у нас шансы? Мне сказали, что очень мало… Что шансов практически нет…

[lalybay]

какой тяжелый путь... очень тяжелая сегодня часть..

_________________