Для сохранения части сообщения в цитатник выделите нужный текст в поле ниже, категорию цитаты и нажмите кнопку "на память". В случае, если требуется сохранить всё сообщение, достаточно только выбрать категорию и нажать упомянутую кнопку. Для отмены нажмите кнопку "закрыть окно".
На сайте с 20.11.11 Сообщения: 12996 В дневниках: 53 Откуда: Красноярск пр.Мира
Добавлено: Чт Окт 18, 2018 9:11
Шагане
Совсем забыл!!!
Лена, еще и тебя буду подозревать - в предложенных тобой рассказах обязательно кто-нибудь умирает!
Рассказ вполне соответствует!!!
Sunwait
Женя, от меня в подозреваемые + еще Лену Шагане.
На сайте с 05.01.11 Сообщения: 11322 В дневниках: 1676 Откуда: Академгородок
Добавлено: Чт Окт 18, 2018 9:16
Спасибо большое за рассказ! Глаз с утра просто отдыхал на "изящной словесности". Получила огромное удовольствие от старой, доброй классики.
Вопросы e_z сразу побудили узнать побольше об истории написания этого рассказа. Вот, что нашла:
Цитата:
Рассказ написан в 1908 году, но его творческая история уходит корнями в далекие шестидесятые годы 19-го века. В те времена Толстой дважды посетил Париж и встречался там с Виктором Гюго, чье творчество он высоко ценил.
Среди самых любимых его произведений был роман "Отверженные" и одно небольшое стихотворение, называлось оно "Бедные люди". Это стихотворение настолько тронуло Толстого, что, взяв его за основу, и, переложив на российскую действительность, он написал одноименный рассказ, в котором, как и в стихотворении Виктора Гюго, бедность и нищета идут рука об руку с состраданием и человеколюбием.
Толстой относит это произведение Гюго к числу "образцов высшего, вытекающего из любви к богу и ближнему, религиозного искусства". (Л. Н. Толстой. Собрание сочинений в 22 т. М.: Художественная литература, 1983. Т. 15)Толстой предпочел прозаическое переложение стихотворному и стремился в своих исправлениях и уточнениях быть как можно ближе к подлиннику. "Это такая классическая вещь, что портить ее грех", – писал Толстой И. И. Горбунову-Посадову
Скрытый текст:
В.Гюго
Бедные люди
Пустынный берег. Ночь. Шум бури. Темнота.
Убога и ветха, но крепко заперта
Рыбачья хижина. В дрожащем полусвете
Рисуются вдоль стен развешанные сети.
От углей, тлеющих в высоком камельке,
Мелькает алый круг на сером потолке,
И отблеск кое-где играет красноватый
На бренных черепках посуды небогатой,
В березовом шкафу уставленной. За ним
Широкая кровать под пологом простым,
А дальше – на скамьях, покрытых тюфяками,
Спят дети малые. Их пятеро. Клубками
Свернулись, съежились. От бурных вьюг и стуж,
Казалось, скрыто тут гнездо бесперых душ.
Кто ж эта женщина? – Она в тени с тоскою,
Колени преклонив, поникла головою
На полускрытую завесами кровать
И тихо молится, – о, это, верно, мать!
Она одна, в слезах, в тревоге, в страхе, в горе,
А там – пред хижиной – бушующее море.
Муж там, средь ярых волн. С младенчества моряк,
Он презирает всё – рев бури, ночи мрак.
Он должен и в грозу свои закинуть сети,
Он должен – потому что голодают дети;
Он должен с вечера, пока морской прилив
Благоприятствует, ладью свою спустив,
Четыре паруса как следует уставить,
А там – изволь один и действовать, и править!
Жена тогда чинит изорванную сеть,
Да между тем должна и за детьми смотреть,
И рыбный суп сварить, глотая дым и копоть,
И разное старье домашнее заштопать.
Плыви, рыбак! Трудись! Ищи среди валов
Местечка, где хорош бывает рыбный лов!
А место это как, вы б думали, пространно?
С большую комнату, притом – непостоянно:
Оно то там, то здесь, кругом же – океан!
Плыви! А тут и дождь, и холод, и туман, –
А волны вкруг ладьи и над ее краями,
Клубясь, вращаются зелеными змеями,
Он мыслит о жене, она его зовет
Среди своих молитв, – и, пущены вразлет,
Их мысли, как из гнезд поднявшиеся птицы,
Крест-накрест мечутся в пространстве без границы.
Вот жребий рыбака! А в этот самый час
Танцуют где-нибудь, – там бархат и атлас,
Цветы, гирлянды, блеск. А тут – во тьме беззвездной
Плавучая доска над разъяренной бездной
Да жалкий лоскуток дырявого холста,
На палку вздернутый: плыви! А тут – места,
Где смерть со всех сторон, и мели, и утесы!
А дома – хлеба нет, а дома – дети босы.
Там где-нибудь – пиры, там роскошь свыше мер,
Мечты и замыслы, и мало ли химер, –
А тут одна мечта – вразрез напорам водным,
Добравшись к берегу холодным и голодным,
Взглянуть у пристани дню светлому в лицо,
Причалить, вдеть канат в железное кольцо
И лишь до вечера вкусить покой желанный
В семействе, близ своей хозяйки доброй – Жанны!
О Жанна бедная! Твой муж теперь один
Под бурей на море, средь бешеных пучин!
Один – в глухую ночь! Хоть бы подмога в сыне!
Да дети малы все, – так думаешь ты ныне,
А там, как взрослые поедут с ним, – поверь,
Ты скажешь: «Лучше б им быть малыми теперь!»
Она берет фонарь: «Пойду взгляну! Ведь вскоре
Вернуться должен муж. Не тише ль стало море?
Пора бы утру быть!» Пошла и смотрит, – нет!
Всё бурно. Дождь идет. В слезах стоит рассвет,
Рождающийся день, как бы боясь явиться,
Расплакался о том, что надобно родиться.
Та в трепете идет. Хоть где-б-нибудь окно
Мелькнуло огоньком! Кругом всё сплошь черно.
Дороги не видать. Вот, покривясь, горюет
Лачуга темная, сквозь щели ветер дует,
Раскачивая дверь, а крыша… Боже мой!
В ней еле держится отвагой лишь одной
Злой бурей взрытая изгнившая солома.
Ужель живущие там говорят: «Мы – дома»?
«Постой-ка! Дай зайду! – подумала она,
Мимоидущая. – Ведь там живет одна
Несчастная. О ней говаривал со мною
Мой муж. Намедни он нашел ее больною.
Она вдова. Узнать, что, как она теперь!»
И с этой мыслию стучится Жанна в дверь.
Ответа не дает пустынное жилище.
«Больна!.. А дети-то? Пожалуй, ведь без пищи!
Их двое. Без отца!» Она еще стучит:
«Эй, отоприте мне, соседка!» – Всё молчит.
«Впустите!» – Наконец неведомой судьбою
Дверь двинулась – и вход открылся сам собою.
И Жанна в дверь вошла, лучами фонаря
Жилище страждущей вдовицы озаря,
Где тот же крупный дождь, холодный, сверху на пол
Сквозь дырья потолка, как через сито, капал, –
И что же? В глубине, в углу – ужасный вид! –
Пав навзничь, женщина недвижная лежит
В лохмотьях, обуви нет на ногах бедняги,
В глазах – безжизненность стоячей, мутной влаги.
Домохозяйка-мать! Ужели это ты?
Ведь это труп? – Да, труп почившей нищеты.
Вот всё, что на земле от матери осталось!
Как перед смертию страдалица металась,
Так и застыла тут. Рука, позеленев
И с войлока спустись, висит, окоченев, –
И пальцы скорчены, – и в немоте ужасной
Разомкнуты уста, отколь душа несчастной
Рванулась, испустив в предсмертный, страшный миг,
Последний, слышанный лишь вечностию крик,
Близ мертвой матери сном счастья упивались
Младенцы нежные и сладко улыбались –
Два – в общей люльке их. То были сын и дочь.
Мать, чувствуя уж смерть, старалась превозмочь
Еще сама себя: привстав, на них взглянула
И ножки им своей шубенкой обвернула,
А тельце – юбками, чтоб было им тепло,
Чтоб смертным холодом на них не понесло
От трупа матери, – ее покров пусть греет
Малюток и тогда, как труп охолодеет!
И как покоен сон согревшихся детей!
Тиха их колыбель. Казалось, спящих в ней
И Страшного суда звук трубный не разбудит.
Пусть судия придет! Ведь им суда не будет, –
Невинны! Незачем и пробуждаться им.
А дождь меж тем грозит потопом мировым.
Порою с потолка вдруг капля дождевая
Летит – и, на чело умершей упадая
И по щеке катясь, становится слезой.
А звонкая волна, под вихрем и грозой,
Бьет в берег и гудит, как колокол набатный.
Усопшая сквозь мрак и сон свой необъятный
Как будто слушает, что тени говорят,
Как будто хочется ей душу взять назад,
И, кажется, уста отверстые и очи
Недвижные – ведут беседу в бездне ночи:
Дыханье ваше где? – глаза устам твердят,
Уста ж в укор глазам: куда ваш делся взгляд?
Любите! Радуйтесь! Живите! Веселитесь!
Ликуйте на пирах! На бал в цветы рядитесь!
Как ни блестящ ручей – всё в темный океан
Ему назначен путь. Удел нам общий дан:
Забавам юности, всем песням, играм, шуткам,
Улыбке матери, любви ее к малюткам,
Лобзанью страстному двух пламенных особ –
Всему один конец: холодный, мрачный гроб!
Что ж Жанна, хижину умершей оставляя,
Несет теперь с собой, близ сердца укрывая?
Какая ноша тут? Что так трепещет грудь
У Жанны? Что она свой ускоряет путь?
Что значит этот взгляд, исполненный тревоги?
Зачем у ней дрожат, подкашиваясь, ноги?
Украла ль что-нибудь у мертвой? Неужель?
Она пришла домой и на свою постель
Ту ношу бережно, при первом утра блеске,
Сложила – и спешит задернуть занавески.
И села, бледная, у той постели. Страх
И внутренний укор во всех ее чертах,
К подушкам голова склонилась; в членах трепет,
И на устах ее дрожит несвязный лепет:
«А он-то? – Боже мой! – Еще забота! Вот!
И так в трудах всю ночь! Вон – море-то ревет!
А он еще всё там! – И что на ум мне вспало?
Своих ведь пятеро, – нет! Показалось – мало.
Что я наделала? Пусть он меня побьет!
Ох, надо, надо бить – и больно. Чу!.. Идет?..
Нет! Нету никого. Тем лучше. Что ответить?
Ох, страшно, страшно так теперь его мне встретить
Входящего!.. Нет! нет! Пусть он нейдет теперь!
А вот… мне кажется… нет! Ветер стукнул в дверь».
И вот – она сидит, поникла, еле дышит
И словно ничего не видит и не слышит.
Вдруг распахнулась дверь – и с парой добрых слов
Перед своей женой явился рыболов.
Глядел он весело, а за его плечами
С увлаженных сетей вода лилась ручьями.
И, вспрянув, будто вдруг от сна пробуждена,
С огнем любовницы так и впилась жена
Устами в грудь его – и жар ее привета
Прогрел ему сукно измокшего жилета:
«Моряк мой!» – «Твой моряк. Да вот – со мной беда!
Совсем ограблен я. Грабитель – ветер. Да.
А море – это лес. Все снасти поломались.
Рыбенки не привез: вот – сети изорвались.
Веревка лопнула, – и в лодку-то волна
Хватила было так… Да что ты так бледна?
Перепугалась? Вздор! О господи владыко!
Беда не велика. Поправимся! Скажи-ка:
Ну как ты без меня? Что делала?» – «Кто? Я?
Да так, как и всегда. Ведь мало ли шитья,
Вязанья? Между тем мне было страшно, – море
Шумело, выло так…» – «Ну что же? Эко горе!
Ведь нам не в первый раз». – «Да… кстати… я пошла
Проведать… Знаешь, что? Соседка умерла –
Та бедная вдова… Теперь осталось двое
Сироток… Мальчик-то… несчастие такое! –
Еще почти грудной, и девочка мала.
Бедняжки! Мать-то их ведь нищая была».
Задумался моряк и, скомкав словно тряпку,
Швырнул он под скамью свою морскую шапку,
Наморщась, почесал затылок и вздохнул.
«Эх, трудно, – говорит, – а то уж я смекнул,
Что сделать надобно. Да только… со своими
Едва справлялись мы. Тех пять, – а с семерыми
Как справиться? Легко ль вскормить да воспитать?
И так без ужина порой ложимся спать.
А впрочем… Божья власть! Его уж это дело!
У этой мелюзги, у мелочи незрелой,
Зачем он отнял мать? Ведь это – пыль да пух!
Тут думать нечего: возьмем и этих двух!
Ступай, жена, бери, покуда не проснулись!
При них ведь мертвая… Слышь: двери пошатнулись –
Покойница идет просить за них. Возьмем!
Пусть заодно растут все дети всемером!
Все, вместе с нашими, пусть будут сестры, братья!
Вкруг нас пусть ползают! Не сделаем изъятья!
Бог, верно, сжалится, даст больше рыбы нам,
Счастливей будет лов, вдвойне я буду сам
Трудиться… Что же ты так медлишь? Тратишь время?
Не сердишься ли ты? Быть может, это бремя
Тебя пугает? А?»
А та ему: «Взгляни! –
Отдернув занавесь, сказала. – Вот они!»
1840–1850-е гг.
_________________ Позволяйте себе почаще летать и не слушайте тех, у кого нет метлы
На сайте с 21.05.09 Сообщения: 5622 В дневниках: 128 Откуда: Академ
Добавлено: Чт Окт 18, 2018 9:47
Прочитала, слеза, действительно, навернулась и от рассказа, и от стихотворения. Рассказ в духе нравоучительных историй для детей. Пару лет назад в школе задали рассказы для детей Толстого, и басни, и были, и сказки. Вот они все в таком духе. Сын басни слушал-слушал и спросил : "Мам, а их разве не Крылов написал?".
На сайте с 11.04.09 Сообщения: 29301 В дневниках: 81 Откуда: Академгородок, Щ
Добавлено: Чт Окт 18, 2018 10:15
Olgitsa
Большое спасибо за стихотворение! Оно мне понравилось гораздо больше чем рассказ. Рассказ как-то очень бледно выглядит на его фоне, как будто писал его школьник. Да, украденная идея хороша, но исполнение мне не нравится.
e_z
Мне понравились ваши слова, про "зачем тащить сети" в горницу. Да весь дом у них, скорее всего, одна комната, и деть эти сети больше некуда. И сарая нет, и навеса тоже нет. И сохнут они в этой комнате, и чинят их тут же. Вспомните, дверь открылась и сразу холодный воздух и входит рыбак. Т.е., там даже сеней, как у нас, нет.
Читала про жизнь рыбаков в тех странах и всегда недоумевала. У нас, даже в самом неудобье, но какой-никакой огородик разведут, хоть ту же репку-капусту, но вырастят, всяко потом подспорье есть. А здесь зависят только от того поймает ли муж рыбу, хватит ли ее на еду и на продажу. И ведь не сказать, что земля у них там совсем плохая...
Я плохо знаю рассказы Толстого. А про наших крестьян у него подобное есть? Наши ведь тоже чужих детей подбирали и растили, может, и из меркантильных соображений, но, тем не менее, не бросали. Девочка - работница в дом, а мальчик потом шел за деревню на воинскую повинность. У Мельникова-Печерского это хорошо описано.
Спасибо предложившему рассказ! Подумала, что надо почитать малую прозу Толстого.
На сайте с 18.07.12 Сообщения: 4994 В дневниках: 561
Добавлено: Чт Окт 18, 2018 10:16
Рассказ понравился, просто и доходчиво показана широта человеческой натуры .
Жалостливо, печально и грустно, но слишком коротко, не хватило мне красок, чтобы душа заныла. Когда читала Достоевского "Бедные люди" - там да и слезы, и глубокие переживания, даже читать было помню тяжело.
На сайте с 05.01.11 Сообщения: 11322 В дневниках: 1676 Откуда: Академгородок
Добавлено: Чт Окт 18, 2018 10:20
Шагане писал(а):
Ну и не забываем про аудиторию. Лев Николаич писал эти притчи для крестьян и крестьянских детей, поэтому все должно быть максимально просто и понятно, без замудреностей.)))
Вот Лена, мне кажется, как раз и написала о том, почему рассказ написан таким простым языком, и является даже короче стихотворения.
_________________ Позволяйте себе почаще летать и не слушайте тех, у кого нет метлы
На сайте с 11.11.13 Сообщения: 6427 В дневниках: 627
Добавлено: Чт Окт 18, 2018 10:22
А можно я тоже немножко повредничаю?
e_z писал(а):
Плохо, что жена не знает своего мужа и боится, что тот её прибьёт.
Я бы тоже сомневалась по поводу реакции мужа, всё-таки это очень усложняет и без того нелёгкое положение семьи.
e_z писал(а):
1. Что мешало забрать детей на время болезни женщины, когда та была ещё жива?
Да своих пятеро детей мешали, бедность, и вечная надежда на лучшее, что всё образуется.
Цитата:
2. Как так? Тихонечко зашла, тихонечко вынесла детей, никому не сказав, что мать их умерла?!
А кому сказать, если кроме матери, у детей никого не было? Органам опеки? Соседям бы потом, наверное, сказала, а тогда ее волновало, в первую очередь, чтобы дети были в тепле и безопасности.
Цитата:
3. Откуда муж узнал, что соседка умерла? Если молва разнесла, то, почему тогда не доложили, что дети исчезли?
Так по диалогу видно, что жена ему про это сообщает, до этого он не знал.
Цитата:
4. Какой моряк в шторм пойдёт рыбачить?
Может, когда уходил утром в море, оно было спокойным, а мне что-то подсказывает, что прогнозов погоды тогда не было).
На остальные вопросы, наверное, можно ответить со скидкой на то, что это перевод, хотя соглашусь, шероховатости в рассказе всё же есть.
На сайте с 11.04.09 Сообщения: 29301 В дневниках: 81 Откуда: Академгородок, Щ
Добавлено: Чт Окт 18, 2018 10:36
Olgitsa писал(а):
Шагане писал(а):
Ну и не забываем про аудиторию. Лев Николаич писал эти притчи для крестьян и крестьянских детей, поэтому все должно быть максимально просто и понятно, без замудреностей.)))
Вот Лена, мне кажется, как раз и написала о том, почему рассказ написан таким простым языком, и является даже короче стихотворения.
Ой, вот это как раз хорошо показывает, насколько он не знал крестьян, по-моему. С детства помню сказки и предания, которые в деревнях рассказывали. Нет там этого искусственного опрощения. Там и витиеватость изложения, и иносказания, и песенность. Бабушка сидит за прялкой, поёт-рассказывает, а ты на теплой печке, глаза слипаются, а всё слушаешь и переносишься в эту сказку-рассказ.
На сайте с 05.01.11 Сообщения: 11322 В дневниках: 1676 Откуда: Академгородок
Добавлено: Чт Окт 18, 2018 10:37
Кхалисси писал(а):
Цитата:
2. Как так? Тихонечко зашла, тихонечко вынесла детей, никому не сказав, что мать их умерла?!
А кому сказать, если кроме матери, у детей никого не было? Органам опеки? Соседям бы потом, наверное, сказала, а тогда ее волновало, в первую очередь, чтобы дети были в тепле и безопасности.
Здесь еще добавлю, что дело-то ночью происходило. Все спят. Зачем панику поднимать?! Вот утром, думаю, и сообщат соседям, что Симон умерла.
_________________ Позволяйте себе почаще летать и не слушайте тех, у кого нет метлы
Вы не можете начинать темы Вы не можете отвечать на сообщения Вы не можете редактировать свои сообщения Вы не можете удалять свои сообщения Вы не можете голосовать в опросах
Мы используем файлы cookie и сервисы аналитики для улучшения работы сайта. Продолжая пользоваться ресурсом, вы соглашаетесь с нашей Политикой обработки персональных данных.
Поиск
Пользователи
Группы
Конкурсы
Рeгиcтpaция
Профиль
Войти и проверить ЛС
Вход
